Нептун — это большой голый мужик

Колумнист «Московских новостей» Ксения Туркова узнала, какой должна быть идеальная экскурсия.

«На улицах Москвы заработает мобильный аудиогид для туристов». Эту новость я прочла как раз в тот день, когда прогуливалась возле Красной площади под знакомый всем аккомпанемент тети с мегафоном и в ватнике: «Дорогие москвичи и гости столицы! Предлагаем вам совершить увлекательную экскурсию по нашему городу…» И далее по тексту. Раньше особенного внимания я на эту собирательную тетю не обращала. А теперь подумала: а что если обещанный туристам аудиогид будет вот таким? И ужаснулась. Речевой портрет аудиоэкскурсовода, гидозаменителя волнует меня ничуть не меньше (а вообще-то даже больше), чем портрет гида настоящего, живого. А поскольку среди этих живых процент НЕживых и так зашкаливает — это проблема, конечно, не только московских гидов, — то страшно представить, какая речь польется из наушников.

Когда-то давно мой младший брат ездил с классом на экскурсию в Ясную Поляну. И на вопрос мамы: «Тебе понравилось?» тогда ответил: «Ага, мы так классно сосиской в автобусе кидались». Мне кажется, что дело тут не только и не столько в его врожденной склонности к некоторому раздолбайству. Я уверена: если бы экскурсовод говорил ТАК, чтобы его было интересно слушать, о летающей сосиске было бы забыто. А может, ее бы и не было вовсе.

Так что, прежде чем запускать аудиогиды, неплохо было бы слегка встряхнуть и в хорошем смысле слова апгрейдить тех, кто работает вживую. Пока речь многих из них только отпугивает от изучаемого предмета.

В прошлом году в Петербурге я была в Музее железнодорожного транспорта — муж вспомнил детство и захотел посмотреть на модели железных дорог и поездов. В музей мы попали вместе с огромной ватагой школьников лет 7-8 (были зимние каникулы). Как бедные дети выдержали эту пытку экскурсоводом, я не знаю. Создатели «Нашей Раши», наверное, пошутили бы, сказав, что на это способны только жители культурной столицы. Женщина с суровым лицом вагоновожатой рассказывала, где и как «осуществляется отгрузка и отстой вагонов» и сыпала такими канцеляризмами, которым бы позавидовал иной чиновник или милиционер. Трогать вагончики детям не разрешали.

Московский гид Александр Мысленков, который проводит экскурсии для детей, говорит, что канцелярит — одна из главных ошибок современных экскурсоводов. «Ладно еще, когда экскурсия специализированная, например, на какой-то завод, и там просто просят рабочего рассказать, что и как. Тут от него многого ждать не надо. А вот когда экскурсовод так говорит, это ужасно. Недавно ездили со школьниками в один военный музей. Казалось бы, о войне так интересно можно рассказать! Но нет. Говорят казенным языком советских книжек, слушать это невозможно. Предложения длинные, произносят без выражения, как роботы, как радиопередатчик».

Действительно, многие экскурсоводы и сейчас готовые аудиогиды. Вот только если слушая аудиогид, можно нажать на паузу и продолжить потом с того же места, то с живым экскурсоводом-роботом все гораздо сложнее. Думаю, что не я одна сталкивалась с эффектом внезапного сбоя программы. Экскурсовод слово за словом воспроизводит заученный текст, вдруг кто-то из экскурсантов его прерывает небольшим уточнением или репликой — и происходит трагедия. Бедный гид сбивается, теряется и на вопрос толком не отвечает, и восстановить нить повествования тоже может с трудом. Как в известном анекдоте: «Вы сбиваете с ритма весь Париж!» А вот хороший экскурсовод не только не собьется, но еще и отыграет реплику, зацепится за нее, как за логический крючок.

Текст экскурсовод, конечно же, готовит. И многое действительно читает наизусть, как актер. Но актер здесь — ключевое слово, говорит Александр Мысленков. Хороший гид должен играть роль, быть даже немного театрален, но в меру. Это тот вариант стиля, который лишь притворяется разговорным, но притворяется очень умело, не давая усомниться слушателям в том, что ему действительно что-то рассказывают, а не шпарят наизусть.

«Аудиогид никогда не сможет заменить живого человека. Жесты, мимика — все это очень облегчает понимание. В человеке с первобытных времен живет желание слушать рассказчика. Так что фигура экскурсовода — она вечная. Я, например, не представляю, как вести группу школьников по Тверской с аудиогидом. Они будут хулиганить, друг друга шпынять. Тут нужен своеобразный пастырь, тот, кто ведет их за собой. А аудиогид — это как объявление остановок в метро известными актерами. Интересно, но ни к чему сущностному не ведет. Хотя думаю, Москомнаследие может сделать все вполне качественно».

Впрочем, Александр Мысленков говорит, что чаще слушатели обращают внимание не на стиль, а на ошибки, пытаются выяснить, как правильно произносится название населенного пункта, иногда даже поправляют. И это обычно не помогает, а даже мешает. Пока гид спорит с экскурсантом, доказывая ему, что верно именно «БалашИха», а не «БалАшиха», остальные теряют время.

Однажды во время фразеологической конференции во Пскове мы с коллегами пошли в один из местных музеев. Экскурсовод, узнав, что пришли филологи, так перепугалась, что стала, краснея и бледнея, спрашивать у нас ударение буквально в каждом слове. И это страшно надоедало и мешало. В конце концов мы ей ответили сакраментальной фразой: «Допустимы оба варианта». Она успокоилась и очень интересно провела экскурсию.

По словам Мысленкова, в Москве существуют даже черные списки экскурсоводов, которые говорят неграмотно, смешивают стили речи — скачут из научного в разговорный и обратно, скучно, монотонно говорят. Есть и такие же «белые» перечни.

Еще одно важное для гида умение — правильно соединять текст и картинку, прямо как на телевидении. Опытные экскурсоводы говорят, что формула «посмотрите налево, посмотрите направо» порочна. Люди устают вертеть головой, не успевая следить за сменой картинки за окном и теряют нить. «Я даже радусь, когда мы попадаем в пробку, — говорит Александр Мысленков, — у меня есть время для лирического отступления». А в музеях — другая ошибка, там гиды подолгу стоят у одного объекта, это тоже утомляет.

Александр Мысленков сформулировал для МН 8 «золотых правил» экскурсовода:

1. Рассказывать увлекательно. Поменьше сухих цифр, побольше историй. Не надо говорить, какова высота дома, надо — о том, кто там жил и любил.

2. Говорить грамотно!

3. Не усложнять речь. Каждая фраза должна быть гвоздиком, который заколачивается в голову экскурсанта.

4. Владеть фактами и информацией. Имена произносить правильно!

5. Пытаться сделать текст универсальным: и для музыканта, и для инженера, и для рабочего с завода.

6. Привносить личное. Слушатели должны видеть конкретного человека, с которым интересно общаться.

7. Следить за логикой, структурой рассказа. Слушатели должны понимать, откуда что взялось, видеть цепь логических умозаключений, догадываться сами и радоваться догадкам.

8. Творить вместе со слушателем! Правда, этот пункт самый сложный и соблюдается редко.

А по поводу «творить со слушателем» я бы добавила еще вот что. Тут важна еще и личность самого экскурсанта, который иногда (особенно ярко это умение демонстрируют наши сограждане за границей) так «участвует» в творчестве гида, что лучше бы уж вообще молчал.

Помню, как в Риме, выслушав прекрасную трехчасовую экскурсию в исполнении живого, остроумного и грамотного гида Елены, четыре подружки — школьные учительницы предпенсионного возраста — сказали: «Леночка, мы хотим вам сделать комплимент! Вы нам так понравились… У вас такие брючки — а где вы их купили?» Неудивительно, что после этой эскапады, уже гуляя с нами по Флоренции, экскурсовод немного скорректировала стиль. «Встречаемся в 19.00 у фонтана Нептуна», — сказала она. И как-то грустно добавила: «Нептун — это такой большой голый мужик».

Похожие статьи

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *