Нептун — это большой голый мужик

Колумнист «Московских новостей» Ксения Туркова узнала, какой должна быть идеальная экскурсия

Колумнист «Московских новостей» Ксения Туркова узнала, какой должна быть идеальная экскурсия.

«На улицах Москвы заработает мобильный аудиогид для туристов». Эту новость я прочла как раз в тот день, когда прогуливалась возле Красной площади под знакомый всем аккомпанемент тети с мегафоном и в ватнике: «Дорогие москвичи и гости столицы! Предлагаем вам совершить увлекательную экскурсию по нашему городу…» И далее по тексту. Раньше особенного внимания я на эту собирательную тетю не обращала. А теперь подумала: а что если обещанный туристам аудиогид будет вот таким? И ужаснулась. Речевой портрет аудиоэкскурсовода, гидозаменителя волнует меня ничуть не меньше (а вообще-то даже больше), чем портрет гида настоящего, живого. А поскольку среди этих живых процент НЕживых и так зашкаливает — это проблема, конечно, не только московских гидов, — то страшно представить, какая речь польется из наушников.

Когда-то давно мой младший брат ездил с классом на экскурсию в Ясную Поляну. И на вопрос мамы: «Тебе понравилось?» тогда ответил: «Ага, мы так классно сосиской в автобусе кидались». Мне кажется, что дело тут не только и не столько в его врожденной склонности к некоторому раздолбайству. Я уверена: если бы экскурсовод говорил ТАК, чтобы его было интересно слушать, о летающей сосиске было бы забыто. А может, ее бы и не было вовсе.

Так что, прежде чем запускать аудиогиды, неплохо было бы слегка встряхнуть и в хорошем смысле слова апгрейдить тех, кто работает вживую. Пока речь многих из них только отпугивает от изучаемого предмета.

В прошлом году в Петербурге я была в Музее железнодорожного транспорта — муж вспомнил детство и захотел посмотреть на модели железных дорог и поездов. В музей мы попали вместе с огромной ватагой школьников лет 7-8 (были зимние каникулы). Как бедные дети выдержали эту пытку экскурсоводом, я не знаю. Создатели «Нашей Раши», наверное, пошутили бы, сказав, что на это способны только жители культурной столицы. Женщина с суровым лицом вагоновожатой рассказывала, где и как «осуществляется отгрузка и отстой вагонов» и сыпала такими канцеляризмами, которым бы позавидовал иной чиновник или милиционер. Трогать вагончики детям не разрешали.

Московский гид Александр Мысленков, который проводит экскурсии для детей, говорит, что канцелярит — одна из главных ошибок современных экскурсоводов. «Ладно еще, когда экскурсия специализированная, например, на какой-то завод, и там просто просят рабочего рассказать, что и как. Тут от него многого ждать не надо. А вот когда экскурсовод так говорит, это ужасно. Недавно ездили со школьниками в один военный музей. Казалось бы, о войне так интересно можно рассказать! Но нет. Говорят казенным языком советских книжек, слушать это невозможно. Предложения длинные, произносят без выражения, как роботы, как радиопередатчик».

Действительно, многие экскурсоводы и сейчас готовые аудиогиды. Вот только если слушая аудиогид, можно нажать на паузу и продолжить потом с того же места, то с живым экскурсоводом-роботом все гораздо сложнее. Думаю, что не я одна сталкивалась с эффектом внезапного сбоя программы. Экскурсовод слово за словом воспроизводит заученный текст, вдруг кто-то из экскурсантов его прерывает небольшим уточнением или репликой — и происходит трагедия. Бедный гид сбивается, теряется и на вопрос толком не отвечает, и восстановить нить повествования тоже может с трудом. Как в известном анекдоте: «Вы сбиваете с ритма весь Париж!» А вот хороший экскурсовод не только не собьется, но еще и отыграет реплику, зацепится за нее, как за логический крючок.

Текст экскурсовод, конечно же, готовит. И многое действительно читает наизусть, как актер. Но актер здесь — ключевое слово, говорит Александр Мысленков. Хороший гид должен играть роль, быть даже немного театрален, но в меру. Это тот вариант стиля, который лишь притворяется разговорным, но притворяется очень умело, не давая усомниться слушателям в том, что ему действительно что-то рассказывают, а не шпарят наизусть.

«Аудиогид никогда не сможет заменить живого человека. Жесты, мимика — все это очень облегчает понимание. В человеке с первобытных времен живет желание слушать рассказчика. Так что фигура экскурсовода — она вечная. Я, например, не представляю, как вести группу школьников по Тверской с аудиогидом. Они будут хулиганить, друг друга шпынять. Тут нужен своеобразный пастырь, тот, кто ведет их за собой. А аудиогид — это как объявление остановок в метро известными актерами. Интересно, но ни к чему сущностному не ведет. Хотя думаю, Москомнаследие может сделать все вполне качественно».

Впрочем, Александр Мысленков говорит, что чаще слушатели обращают внимание не на стиль, а на ошибки, пытаются выяснить, как правильно произносится название населенного пункта, иногда даже поправляют. И это обычно не помогает, а даже мешает. Пока гид спорит с экскурсантом, доказывая ему, что верно именно «БалашИха», а не «БалАшиха», остальные теряют время.

Однажды во время фразеологической конференции во Пскове мы с коллегами пошли в один из местных музеев. Экскурсовод, узнав, что пришли филологи, так перепугалась, что стала, краснея и бледнея, спрашивать у нас ударение буквально в каждом слове. И это страшно надоедало и мешало. В конце концов мы ей ответили сакраментальной фразой: «Допустимы оба варианта». Она успокоилась и очень интересно провела экскурсию.

По словам Мысленкова, в Москве существуют даже черные списки экскурсоводов, которые говорят неграмотно, смешивают стили речи — скачут из научного в разговорный и обратно, скучно, монотонно говорят. Есть и такие же «белые» перечни.

Еще одно важное для гида умение — правильно соединять текст и картинку, прямо как на телевидении. Опытные экскурсоводы говорят, что формула «посмотрите налево, посмотрите направо» порочна. Люди устают вертеть головой, не успевая следить за сменой картинки за окном и теряют нить. «Я даже радусь, когда мы попадаем в пробку, — говорит Александр Мысленков, — у меня есть время для лирического отступления». А в музеях — другая ошибка, там гиды подолгу стоят у одного объекта, это тоже утомляет.

Александр Мысленков сформулировал для МН 8 «золотых правил» экскурсовода:

1. Рассказывать увлекательно. Поменьше сухих цифр, побольше историй. Не надо говорить, какова высота дома, надо — о том, кто там жил и любил.

2. Говорить грамотно!

3. Не усложнять речь. Каждая фраза должна быть гвоздиком, который заколачивается в голову экскурсанта.

4. Владеть фактами и информацией. Имена произносить правильно!

5. Пытаться сделать текст универсальным: и для музыканта, и для инженера, и для рабочего с завода.

6. Привносить личное. Слушатели должны видеть конкретного человека, с которым интересно общаться.

7. Следить за логикой, структурой рассказа. Слушатели должны понимать, откуда что взялось, видеть цепь логических умозаключений, догадываться сами и радоваться догадкам.

8. Творить вместе со слушателем! Правда, этот пункт самый сложный и соблюдается редко.

А по поводу «творить со слушателем» я бы добавила еще вот что. Тут важна еще и личность самого экскурсанта, который иногда (особенно ярко это умение демонстрируют наши сограждане за границей) так «участвует» в творчестве гида, что лучше бы уж вообще молчал.

Помню, как в Риме, выслушав прекрасную трехчасовую экскурсию в исполнении живого, остроумного и грамотного гида Елены, четыре подружки — школьные учительницы предпенсионного возраста — сказали: «Леночка, мы хотим вам сделать комплимент! Вы нам так понравились… У вас такие брючки — а где вы их купили?» Неудивительно, что после этой эскапады, уже гуляя с нами по Флоренции, экскурсовод немного скорректировала стиль. «Встречаемся в 19.00 у фонтана Нептуна», — сказала она. И как-то грустно добавила: «Нептун — это такой большой голый мужик».

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.